Дети выросли, а родители остались где-то позади, в привычном мире тишины и вечерних звонков по расписанию. Между ними теперь — не расстояние, а что-то вроде прозрачной стены: видно друг друга, но тепло не проходит.
Первая история — о сестрах. Старшая, Марина, стала опорой для младшей, Лены, когда та осталась одна с ребенком. Они говорят каждый день, но в разговорах нет их восьмидесятилетнего отца. Он звонит раз в неделю, спрашивает о здоровье, и на этом всё. Сестры между собой его почти не упоминают, будто договорились молчать. Но когда у отца случился инфаркт, именно они, не сговариваясь, дежурили у больничной койки. Он так и не спросил, зачем они это делали. Они — не сказали.
Вторая история — о брате и сестре, которых разделил океан. Их мать живет в родном городе, и её жизнь измеряется не событиями, а их редкими, скупыми на детали сообщениями. «Всё нормально», «Ничего нового» — вот и весь диалог. Брат звонит из-за границы раз в месяц, сестра заезжает раз в две недели, оставляя у порога пакет с продуктами. Они почти не общаются между собой, но каждый втайне следит за другим через соцсети. Общее у них только одно — эта тихая, неуютная дистанция, которую мать давно перестала пытаться сократить.
Третья история — о двух братьях. Их отец, всегда занятый и строгий, теперь на пенсии и одинок. Старший сын, похожий на отца характером, звонит ему по делам: обсудить квитанции, договориться о визите сантехника. Младший, живущий в другом районе, шлет смешные картинки и смайлики в семейный чат, который отец почти не открывает. Братья видятся на семейных ужинах раз в полгода. Разговор вертится вокруг футбола, погоды, воспоминаний из детства, где отец всегда был на втором плане. Они уходят, оставляя на столе недоеденный пирог и невысказанное — каждый своё. Отец провожает их до лифта, кивает, дверь закрывается. Тишина в квартире становится ещё глубже.
Эти три истории вроде бы о разном, но в каждой из них есть одно и то же: взрослые дети и родители, которые так и не научились быть близкими. Они связаны привычкой, долгом, молчаливой тревогой, но не тем, что обычно называют любовью. Им комфортнее на расстоянии вытянутой руки — чтобы не задевать друг друга, чтобы не вспоминать, почему когда-то недодали тепла. А может, они просто забыли, как это — быть семьёй не только по паспорту.
